Сибирский Колизей, 2008, № 7

Федеральное агентство по культуре и кинематографии Издание Новосибирского государственного академического театра оперы и балета №7 Февраль — март 2008 2 Игорь Зеленский «Баядерка» — масштабный балет, как раз для огромной сцены этого театра. Она не шла здесь очень давно, ее ждали. Я танцевал глав ­ ную роль Солора в пяти-шести разных версиях этого балета во всем мире. А готовил партию с ее создателем — моим учителем, великим танцовщиком Вахтангом Чабукиани. Он первый сделал роль Солора танцевальной в своей ленинградской редакции 1941 года, убрал из спектакля вто ­ ростепенные эпизоды, сохранил и подчеркнул все лучшее, что было в хореографии Петипа, дополнил спектакль великолепными новы ­ ми танцами. 3 Ярослав Седов Главная гордость новосибирской «Баядерки» — это достойный кор ­ дебалет в танцевальном шедевре Петипа — сцене «Тени». Герой, виновный в смерти возлюблен ­ ной, обречен во сне вспоминать па ее плясок. Эти па воспроизво ­ дят, множат и варьируют строй ­ ные ряды балерин в белоснежных пачках, спускающиеся с гималай ­ ских вершин. Их завораживаю ­ щий танец образует фигуры иде ­ альных пропорций, напоминаю ­ щие абрисы петербургских двор ­ цов и планировку регулярных парков. 3 Майкл Фишер Я советчик. У Игоря Зеленского есть свои сильные, интересные идеи, а я советую ему и помогаю воплотить их в жизнь. Игоря пригласил в Нью-Йоркский балет Питер Мартинс. В Кировском балете говорили, чтобы Игорь не делал этого, что это будет конец его карьеры. Но Игорь решил поехать, потому что в России в то время никто не мог научить его технике работы с нижней частью тела. Сцена из балета Л. Минкуса «Баядерка» 6 ю Теодор Курентзис «Травиата» — это переход от стиля Ье1сапго к веризму и к драматиче ­ ской линии в опере. Верди вносит радикальные изменения в струк ­ туру оперы, принимая решение соответствовать стандартам евро ­ пейских мастеров того времени. Это «революционная» опера. Верди помещает своих персона ­ жей между нами и сочиняет музы ­ ку, которая не изображает рыца ­ рей или мифологических персо ­ нажей. Он пишет музыку, выра ­ жающую тебя и меня. Поэтому я хотел исполнить эту оперу пра ­ вильно, сделать точное прочте ­ ние, чтобы люди осознали, что такое стиль Верди и откуда роди ­ лись Пуччини, Леонкавалло. Эдвард Льянг Когда я слышу музыку, мне доста ­ точно одной минуты, чтобы понять, то ли это, что мне нужно. Я выбираю ту музыку, которая заставляет меня чувствовать что- то, которая волнует, трогает. Толь ­ ко если музыка затрагивает какие- то чувства во мне, я смогу пробу ­ дить эти чувства в исполнителях, только тогда я смогу передать их зрителям, надеяться на то, что она затронет и их. И если это неподходящая, неудач ­ ная музыка, никакая потрясающая хореография не сможет сделать ее лучше. От музыки во многом зави ­ сит, сможет ли балет изменить что-то во мне, в танцовщиках и зрителях. 9 Наталья Ершова У меня впервые был такой экспе ­ римент, когда после современно ­ го двадцатиминутного балета, которому ты полностью отдаёшь ­ ся, необходимо перестроиться на классику. Тем более это «Шёпот в темноте» — энергетика у него мистическая, тяжёлая — это не полька-бабочка, согласитесь. И после этого выходить на «Спящую красавицу», на это рафинирован ­ ное па-де-де! Знаете, в антракте я лежала и чувствовала, как бешено стучит сердце. А перед «Спящей» не должно быть такого! 9 Ирина Шишкова Кармен была очень молодая, про ­ сто каждый день проживала, как некоторые год не проживают. Она чувствовала так. Конечно, я шла от себя. Если бы я что-то изображала, это была бы неправда. Да, она сильная, она может повести за собой, увлечь, но в то же время ее легко ранить. Ей приходится приспосабливаться к мужчинам. Она всегда готова очароваться каждым новым человеком, в кото ­ рого она влюблена. Потом насту ­ пает разочарование, и надо это пережить, она находит силы, чтобы дальше жить. Я так и сама чувствую. 14 Лидия Крупенина Мы во Францию ездили, в Япо ­ нию. Был театр на взлете, спекта ­ кли шли ровно, красиво, здорово. Потом Григорович ставил свои спектакли: «Легенда о любви», «Каменный цветок», и повторился «Дон Кихот». Мне пришлось много работать с разными хорео ­ графами: Моисеев, Павлов, Ефи ­ мов, Вайнонен, Рамонова, Гусев, Дудинская, Сергеев, Григорович. Это ведь история! Какие хорео ­ графы — с каждым поработать — это школа, он столько вносил в тебя, вкладывал. Конечно, я росла с ними!